ПутешествияУвидеть Алтай и замереть: Как я ходила в конный поход по горам

Мой друг — путешественник и рекордсмен Книги рекордов Гиннесса Майк Хорн — научил меня многим вещам. Например, тому, что по-настоящему ценны не материальные блага, а то, что несёшь в сердце. И если с энтузиазмом относиться ко всему, чем занимаешься, ничто не может тебя остановить. А ещё благодаря Майку я открыла для себя спортивный туризм.

В детстве, дочитывая очередную книгу Жюля Верна или Генри Хаггарда, я мечтала оказаться в экспедиции. Когда мне было девятнадцать, мечта сбылась самым неожиданным образом. Я проходила стажировку в National Geographic и в одном из номеров нашла статью о Майке Хорне, который организовал экспедицию вокруг света, куда приглашал с собой молодёжь со всего мира. Уже через несколько месяцев я прошла отбор в лагере в Альпах и вместе с Майком и его командой уехала на Андаманские острова изучать последствия цунами 2004 года. Приключений было много: например, однажды ночью нас засыпало вулканическим пеплом из-за извержения вулкана, а в другой раз меня угораздило потеряться в океане во время ночного дайвинга.

С тех пор я стараюсь регулярно выбираться в походы. Об Алтае я задумывалась не раз, вдохновляясь рассказами друзей, фотографиями и документальными фильмами. Но поездку туда всё время откладывала, пока как-то ночью мне не приснилось, что я в горах — причём, по внутреннему ощущению, именно в Алтайских. Наутро сказала себе: «Еду!» У друзей уже были планы, и единственное, что мне оставалось, — это примкнуть к компании незнакомых людей.

Обычно на Алтай добираются через Барнаул или Новосибирск. Мой выбор пал на одну из новосибирских групп «ВКонтакте». Узнав, какой из туров требует большей физической подготовки, я записалась именно на него. Через горные перевалы мы должны были отправиться к альпинистскому лагерю «Белуха», задержаться там на пару дней для радиальных выходов, а потом вернуться назад. Вариантов предлагалось два: пройти весь маршрут пешком или частично проехать его на лошадях. Второй казался интереснее: тот факт, что в седле я сидела всего пару раз в жизни, и то по чуть-чуть, меня абсолютно не смутил. В стоимость тура (26 000 рублей) вошло абсолютно всё: от трансфера от Новосибирска до питания на маршруте, бонусом шло даже посещение местной бани. Задерживаться в городе после похода я не планировала, поэтому с собой взяла лишь немного карманных денег на сувениры. Небольшой сравнительный поиск помог мне найти билеты стоимостью в 16 500 рублей.

Снаряжение я собрала быстро. Что-то прихватила сверх плана — например, сухой шампунь (горные реки холодные, поэтому голову в них помоешь не всегда) и зарядное устройство на солнечной батарее для фотоаппарата. Зато массу полезных вещей я, как выяснилось в процессе, взять забыла. Например, гамаши — это чехлы, надевающиеся поверх ботинок: с ними ноги защищены от воды и грязи. Или трекинговые палки — если выбрать лёгкие, то большого веса рюкзаку они не добавят, зато заметно снижают нагрузку на ноги при пеших переходах. Ещё я явно недооценила алтайское солнце (недаром здесь строят солнечные электростанции) — нужны солнцезащитный крем и средства от ожогов.

Какие-то из моих вещей оказались абсолютно неподходящими, и выяснила я это уже вдали от цивилизации. В спальнике с температурой комфорта +5 градусов на горных перевалах я мёрзла, а модный плащ кислотного цвета, купленный на «Стрелке», больше пригодился бы для романтических просмотров кино под открытым небом, а вот от сильного дождя он не спасал. Дальше больше: оказалось, что яркие расцветки могут испугать лошадей. Но всё это я узнала уже потом.

Я поняла, что поездка удастся, когда на стойке регистрации в Домодедове мне по непонятным причинам выдали билет в бизнес-класс вместо экономкласса. Самолёт приземлился в новосибирском Толмачёве в шесть утра. Такси доставило меня до набережной реки Оби, где на рюкзаках уже сидели гиды и некоторые из будущих товарищей по походу. Когда все собрались, нас вместе с поклажей погрузили в микроавтобус и повезли в посёлок Усть-Кокса. Как довольно быстро выяснилось, 729 километров — это не шутки: в пути предстояло провести целый день. Радовало то, что мы ехали по Чуйскому тракту — одной из самых живописных дорог России.

Все четырнадцать человек быстро перезнакомились: одни, как я, приехали на Алтай впервые, других, уже бывалых, потянуло обратно. Младшей участнице было шестнадцать, а старший оказался ровесником моей мамы. Я редко путешествовала в таких разношёрстных компаниях. Обычно я легко нахожу общий язык с людьми, но где-то закрадывалась мысль: что делать, если мы не сойдёмся характерами, а вокруг горы и некуда бежать? С нами ехали гид и два его молодых помощника.

В перерывах между разговорами я выглядывала в окно: на смену городскому пейзажу постепенно приходили горные возвышенности, сосновые боры и шумные речки. Впереди пестрела Уймонская долина. Там, по преданиям, сохранились тайные ходы и пещеры, через которые под землю ушли хранители сокровенных знаний. Писатель и археолог Николай Рерих говорил, что счастливое время вернётся и они возвратятся. Из окна микроавтобуса секретных ходов и пещер я не увидела, зато глаз порадовали усеянные цветами луга. Говорят, в долине до сих пор можно встретить старообрядцев, например темноверцев. У каждого из них есть своя закрытая шторками икона: если на неё помолится кто-то другой, её сила пропадает.

В горах темнеет рано, так что в посёлок мы приехали, когда уже спустились сумерки. Меня поселили в одном домике с девушками из Питера — полночи мы провели в разговорах и уже наутро были подругами. Мне так не терпелось приключений, что на следующий день я проснулась без будильника. Ещё бы! Ведь я была в середине земли, месте встреч народов, языков, религий и культур — именно так называют Алтай. После быстрого завтрака и сборов нас отвезли к реке Катунь. Мост через неё смутно напоминал «Золотые ворота» в Сан-Франциско, но выглядел настолько ветхим, что требовалось внутреннее усилие, чтобы на него ступить. Кое-где зияли дыры, через которые виднелась бурлящая внизу вода. Кстати, осенью Катунь окрашивается в насыщенный бирюзовый цвет. Это из-за формации песчаников: весной и летом дожди, тающие снега и ледники делают воду мутной, а осенью и зимой реку питают чистые подземные воды.

Преодолев мост, мы пересели в кузов трактора — ему петляющая лесная дорога, где легко мог увязнуть внедорожник, была нипочём. У реки Кучерлы ждали конюхи с лошадьми. Телефон больше не ловил. Я переложила вещи в перемётные сумы — две связанные друг с другом кожаные сумки, которые перекидываются через седло. Я попросила себе самого доброго и смирного коня, и младший конюх подвёл меня к Орлику — статному бурому жеребцу. Нам с ним предстояло преодолеть крутой подъём по узкой тропе, уходящей вверх на хребты. Залезть на лошадь получилось не очень грациозно. «Что ж, над техникой будем работать», — подумала я и крепко сжала кожаный ремешок. В голове крутился инструктаж конюха: «Самое главное — не отпускать поводья».