Здесь все "невиновные": психолог Владимирского централа о работе и 8 Марта

ВЛАДИМИР, 7 мар – РИА Новости. Одним из первых после тюремной охраны подозреваемого в пенитенциарном учреждении встречает психолог и дальше сопровождает вплоть до освобождения. Опасно ли работать женщине в тюрьме, что входит в обязанности психолога за решеткой, как заключенные поздравляют женщин-сотрудниц с 8 Марта, рассказала корреспонденту РИА Новости психолог психологической лаборатории Владимирского централа Екатерина Кравцова.

От адаптации до ресоциализации

"В начале, естественно, нужно помочь адаптироваться к условиям нашего учреждения, а потом уже сопровождать по мере необходимости в процессе отбывания наказания, а потом уже подготовить к освобождению, провести ресоциализацию. То есть у нас несколько этапов работы с осужденными", — рассказывает Екатерина, максимально тактично подбирая слова и выстраивая формулировки, и если бы не слово "освобождение", можно было бы подумать, что речь идет не о заключенных.

Она работает во Владимирском централе (Федеральном казенном учреждении тюрьме №2 УФСИН России по Владимирской области) уже седьмой год, а в системе службы исполнения наказаний – почти девять, причем психологом стала не случайно. "Семейное дело – все в погонах, к тому же устраивали график и условия работы. В погонах отец, мама, брат, муж, да и многие другие родственники, даже двоюродные братья и сестры", — поясняет Екатерина.

Видимо, поэтому муж и родные к такому профессиональному выбору Екатерины относятся спокойно и сменить работу не просят. У нее есть маленькая дочка и летом их семья пополнится еще одним малышом.

Вновь возвращаемся к обсуждению особенностей работы психологом за решеткой. "В нашем учреждении три вида режима: тюрьма, то есть самый строгий режим, еще помещение, функционирующее в режиме следственного изолятора — ПФРСИ, где (содержатся) подозреваемые и обвиняемые, и отряд хозобслуживания, где общий режим, как в колонии. И в каждом из этих видов индивидуальный подход. И тут еще нужно учитывать особенности каждого человека: как и на свободе, у каждого свое поведение и взгляды на жизнь. Приходится подстраиваться и работать с каждым индивидуально", — говорит собеседница и уточняет: ПФРСИ и тюрьма предполагают только персональную работу с каждым из подозреваемых или осужденных.

Казалось бы, в тюрьме, в исключительно мужском коллективе, где из женщин только несколько психологов, дамы должны были стать объектами обожания.

"Серьезных признаний в чувствах никогда не было, и чувств каких-то особых со стороны осужденных никогда не возникало. Максимум, что допускается, поздравления с какими-нибудь праздниками. Но поздравления всегда только на словах. Никаких подарков. Мы их тоже обязательно поздравляем со всеми праздниками – Новым годом, Пасхой, Рождеством. Почему бы не поздравить человека? Это поднимает настроение и делает их пребывание более человечным", — говорит Екатерина.

Дело в том, что деятельность тюремного врачевателя душ этически ограничена одновременно кодексами психолога и сотрудника ФСИН, и он должен для заключенного, по словам Екатерины, забыв о личных качествах, собственных эмоциях, стать неким бестелесным проводником к нормальной жизни. И с праздниками – отдельная история.

"Принимать подарки, даже если они сделаны своими руками и от души, запрещено. Я никогда не позволяла себе принимать подарки. И мы настраиваем осужденных именно на такую линию общения. Но в то же время я никогда не отказывалась посмотреть на те поделки, что они сделали", — сообщила Екатерина, отметив, что за решетку порой попадают очень талантливые люди с художественными или поэтическими способностями. Самым необычным поздравлением к 8 Марта от осужденных психолог называет "подарок" именно от такого талантливого человека.

"Самое оригинальное поздравление было от осужденного, который сам писал стихи. Этот осужденный отбывал тюремный срок. Он зачитывал мне свои произведения. Но отмечу, что оно не было посвящено именно мне или другим психологам", — рассказала собеседница.

Здесь все "невиновные"

Во Владимирском централе содержатся особо опасные преступники, часть из них рецидивисты, однако в большинстве своем, по словам Екатерины, вины в совершенных преступлениях они не признают.

"Мало осужденных, которые действительно сознаются в совершении преступлений. Они все считают, что они практически невиновны. А когда задаешь вопрос, почему же осужден по такой-то статье, то отвечают, что не признают эту статью, или частично сознаются. Те, кто находятся здесь, часто осуждены по нескольким статьям. И говорят: "вот это – моя статья, а это не моя". И причины совершения преступлений разные называют", — сказала Екатерина, отметив, что, как правило, заключенные настаивают на том, что обстоятельства сложились не в их пользу.

Расспрашиваю собеседницу о том, часто ли действительно раскаиваются осужденные, ведь если преступление не совершал, то и признавать вину не в чем.

"Я стараюсь не верить громким словам о глубоком раскаянии. Для меня показателем является то, что идет налаживание связи с семьей, общаются с женой и детьми, и выходят на работу. Если человек трудоустраивается к нам на производственный участок, соответственно идет улучшение. Он уже осмысливает свою жизнь, и есть надежда, что в дальнейшем все сложится хорошо", — говорит Екатерина.

Только в рамках периметра

Мы общались с Екатериной прямо на ее рабочем месте – в одном из помещений, где она проводит индивидуальные занятия с осужденными Владимирского централа. Обычная комната, со свежим ремонтом, светлая, но никаких защитных для психолога устройств не предусмотрено. Учитывая характеристики контингента, отбывающего наказание в условиях тюрьмы, и необходимость работать с такими людьми индивидуально, закономерно возникает вопрос, не было ли опасных ситуаций во время психологических сеансов.

"Опасные ситуации у меня никогда не возникали, потому что если нет отсекающей решетки в кабинете, меня всегда сопровождают сотрудники. У меня несколько кабинетов в учреждении. В кабинетах, где есть отсекающая решетка, еще установлены камеры, по которым сотрудники наблюдают. Безопасность моя соблюдается", — заверяет Екатерина.

Сомнений в том, что адаптация осужденных, особенно попавших за решетку впервые, необходима, не возникает. Но в список обязательных мероприятий тюремного психолога входит и ресоциализация подопечных – восстановление нарушенных качеств личности, необходимых для полноценной жизни в обществе. И тут, несмотря на необходимость всегда уметь поддерживать контакт, интерес заключенного к сотрудничеству с психологом, тоже важно правильно выстроить линию поведения, ведь сразу после освобождения никаких отношений остаться не должно.

"Я всегда предупреждаю, что наше общение ограничивается только периметром учреждения. Ни в коем случае не даю свой домашний адрес, и сюда прошу не писать. Только напутствую их перед освобождением, чтобы больше не совершали преступлений, чтобы не оказаться здесь вновь, чтобы у них все сложилось на свободе. То есть связь мы не поддерживаем и не отслеживаем их дальнейшую судьбу. Это определенные правила, которые нельзя переступать. Это профессиональная этика", — подчеркнула психолог.